В Кабмине ОАЭ 32 ИИ-советника. Ни один не голосует

Короткий ответ. Кабинет министров ОАЭ запустил систему из 32 профильных ИИ-советников. Они разбирают документы, оценивают последствия, сверяют с мировой практикой и круглосуточно следят за исполнением решений. Решает министр. Ту же расстановку можно повторить в компании на двадцать человек почти без изменений. Копировать стоит именно её, а число советников тут ни при чём.

Обычно в такой новости есть только цифра. Здесь вместе с ней опубликовали устройство: кто что делает на каждом шаге.

Что именно запустили?

Систему Cabinet AI Advisor. Она помогает Кабинету готовить решения.

2 сентября Кабинет министров ОАЭ утвердил систему из 32 профильных ИИ-советников. Заседание в Каср Аль Ватан вёл шейх Мохаммед бин Рашид Аль Мактум, и оно было первым в новом сезоне.

В официальном тексте у них шесть дел. Читают законы и проекты решений. Считают, во что это обойдётся в деньгах и как отразится на экономике, людях и природе. Сверяют с мировой практикой и с тем, что для страны важно. Ищут, что Кабинет уже решал по этой теме. Готовят рекомендацию на основе утверждённого набора источников. И день и ночь вместе с министрами следят, чтобы решение довели до конца.

На том же заседании утвердили программу обучения ИИ для всех школ, государственных и частных, план подготовки 22 000 учителей и правила для беспилотного транспорта.

Чего в тексте нет: кто поставщик, какие цифры по точности и что делать при ошибке. Мы разбираем здесь схему. Результата пока никто не показывал, и судить о нём рано.

Кто в этой схеме принимает решение?

Министр. Система готовит совет и следит, чтобы дело шло, а выбор остаётся за человеком.

Это видно из названия. В нём стоит слово Advisor, и слова Decider там нет. Фраза «представляет рекомендации министрам» задаёт ровно ту границу, вокруг которой спорят в каждой второй компании. Где кончается помощник и начинается тот, кто отвечает за результат.

Разложим по шагам и посмотрим, что тут годится для двадцати человек.

Две строки из шести остались за человеком, и это те две, за которые ему платят. Остальные четыре сводятся к тому, чтобы собрать, сверить, оформить и напомнить. Именно они съедают неделю, и именно их отдают первыми.

Проверьте на себе. Если руководитель тратит на выбор варианта пять минут, а на четыре остальных шага три дня, вы уже знаете, куда ставить агента. Ровно та же граница проходит внутри одной заявки, и про неё у нас есть отдельный разбор.

Почему советников сразу 32?

Потому что узкий помощник ошибается реже широкого.

Одного помощника на всё правительство пришлось бы учить всему сразу: финансам, экологии, транспорту, образованию. Тридцать два профильных советника решают эту задачу иначе. У каждого своя область, свои источники и свои критерии оценки.

Для компании на двадцать человек число другое. Вам хватит двух или трёх. Признак тот же: у каждого своя область, свой набор документов и своя записка о том, что он делает и чего не делает.

Выбрать их несложно. Возьмите три места, где чаще всего ждут ответа. Обычно это входящие заявки, подготовка документов и внутренние вопросы «а как у нас принято». Под каждое пишется отдельный агент со своими правилами. Отдельная платформа для этого не нужна: агент – это набор правил и документов поверх обычной модели, живущий в том же мессенджере, где вы и так переписываетесь. Из таких агентов мы и собираем ИИ-команду.

Соблазн сделать одного умного помощника на всё силён и почти всегда кончается одинаково. Помощник всё делает средне и ничего хорошо. Через месяц им перестают пользоваться.

Что делает фраза «утверждённый набор источников»?

Больше, чем весь остальной текст.

Она означает, что советник отвечает по документам, которые кто-то отобрал и утвердил, а не по всему, что нашлось. Разница видна в первом же спорном случае. Когда совет пришёл из открытого поиска, проверить его нельзя: непонятно, откуда взялась цифра. Когда он пришёл из утверждённого набора, вы открываете источник и смотрите.

Минимальный набор в небольшой компании выглядит скучно. Прайс, регламент по скидкам, шаблоны договоров, описание услуг, ответы на частые вопросы. Пять документов, у каждого есть владелец и дата обновления. Всё.

Рядом стоит вторая половина того же вопроса. Набор источников задаёт, что агент видит, а права доступа задают, что он может менять. Про права у нас написан отдельный разбор, и без него первая половина работает вхолостую.

Что меняется, когда за решениями следят днём и ночью?

Исчезает пауза между решением и делом, в которой обычно всё и теряется.

Картина знакомая. На совещании договорились, записали, разошлись. Через две недели выясняется, что двое поняли по-разному, а третий ждал, пока с ним свяжутся. Формально решение принято, фактически не сделано ничего.

Присмотр без пауз убирает этот зазор. Робот не строже человека, он просто не забывает и не стесняется спросить в третий раз. Фраза «посмотрим на следующей неделе» перестаёт работать сама собой.

Обратная сторона видна сразу, и назвать её стоит. Система, которая напоминает обо всём одинаково часто, за неделю превращается в шум, а шум отключают. Лечит это одно правило: агент ведёт только те решения, у которых есть срок и имя исполнителя. Остального он не касается.

Первый шаг у себя выглядит так. Возьмите протокол последнего совещания и вычеркните всё, где нет срока и имени. Что осталось, то и можно отдать под сопровождение. Обычно остаётся треть, и это само по себе полезное открытие.

Государство показало схему. Результата пока никто не видел: цифр по точности нет, поставщика не назвали, и через год об этой системе будут судить по другим вещам. Но расстановка в ней правильная, и повторить её ничего не стоит. Агент собирает, сверяет и напоминает. Человек выбирает и отвечает. Начать можно на этой неделе, с одного процесса и пяти документов.